На все пуговицы

Turnbull & Asser [ А Н Г Л И Я ]
Основанный в 1885 году бренд давно перестал быть просто производителем рубашек и перешел в разряд сарториальных легенд. В списке клиентов Turnbull & Asser значились и Уинстон Черчилль, и Фрэнк Синатра. Росту популярности марки поспособствовал агент 007: с начала 1960-х лучшие Бонды, от Шона Коннери до Пирса Броснана, представали на экране в рубашках Turnbull & Asser. А высочайшее признание пришло к бренду в 1980-м — с королевским патентом от принца Чарльза.

Однако подлинная ценность компании — традиции производства: все вещи до сих пор создаются на фабрике в Глостере, где портные и закройщики с полувековым стажем отшивают в год порядка 70 000 рубашек.

В лондонском ателье на Джерминстрит с клиента снимают 15 мерок, подбирают идеальный по высоте и жесткости воротник, оптимальные манжеты, лучшую ткань; с обширными архивами марки сверяются историки моды и театральные костюмеры.

Давние поклонники бренда рубашками не ограничиваются и заказывают у Turnbull & Asser классические двойки, а также шелковые пижамы — такие в 1960-е мастера марки cшили для участников The Beatles.

Charvet [ ФРАНЦИЯ ]
Старейший и самый известный французский бренд, специализирующийся на рубашках,
ведет свою славную историю с 1838 года. Сорочки Сharvet носили обладатели безупречного вкуса от Шарля Бодлера до Шарля де Голля и от Жана Кокто до Джона Кеннеди. Известно, что в гардеробе Коко Шанель и ее возлюбленного Артура (Боя) Кэйпела они тоже имелись. Так что сотрудничество нового креативного директора Chanel Матье Блази с Charvet не случайно.

Для коллекции весна-лето — 2026 мастера марки создали три специальные модели, а чтобы добиться идеального оттенка, представили на суд дизайнера более 20 вариантов ткани.

Сотрудничество оказалось столь успешным, что Chanel приобрел Charvet — историческому ателье обещаны свобода творчества, независимость и всестороннее содействие в сохранении тонкого ремесла.

Bourbaki [ РОССИЯ ]
На протяжении двух десятков лет московское ателье Bourbaki (ударение на последний слог) создает классические мужские рубашки по индивидуальному заказу — настоящий bespoke. Название позаимствовано у группы французских математиков середины XX века, работавших под коллективным псевдонимом Николя Бурбаки; решая сложнейшие задачи, члены сообщества нико гда не стремились к личной славе, оставаясь инкогнито.

Эта философия близка и создателям бренда — к ним приходят не за логотипом, а за идеальной посадкой вещи, требующей математической точности и виртуозного исполнения.

Мастерская предлагает премиальные хлопковые ткани категории 2-ply из Италии (Canclini, Albini, Caccioppoli), Швейцарии (Alumo), Турции (Söktaş) и Британии (Acorn), а также работает с тканями, приобретенными клиентами лично.

Есть в арсенале Bourbaki и хитрые ластовицы, и ручная работа, и уникальные силуэты для уникальных фигур.

Brioni [ Италия ]
Римский костюмный бренд — это и классика во плоти (двойки, тройки, смокинги), и необходимое ей сопровождение. Впрочем, более точной характеристикой Brioni будет «итальянская мужская мода в представлении Запада».

В 1945 году Назарено Фонтиколи и Гаэтано Савини открыли на Виа Барберини модную лавку, где можно было заказать костюмы, сорочки и приобрести элегантные аксессуары. В 1952-м они первыми вывели мужскую одежду на подиум во флорентийском палаццо Питти, а спустя несколько лет основали в Абруццо фабрику prêt-couture, которая производила высококлассную готовую одежду, не уступающую по качеству сшитым на заказ костюмам.

В это же ренессансное послевоенное десятилетие Brioni очаровывал американский истеблишмент и добился впечатляющих успехов: десятки показов, первые транк-шоу, клиенты из числа голливудских звезд.

Портновские традиции, современные технологии, премиальные материалы, отменные лекала — на протяжении 80 лет рубашкам марка уделяла не меньше внимания, чем костюмам. Некоторые классические модели Brioni сшиты из хлопка Giza 45, который выращивают в дельте Нила (аналогичный тому, что заказывает Charvet). Экстрадлинные волокна обеспечивают прочность и гладкую фактуру ткани, она дышит и великолепно выглядит.

Воротник с отточенной геометрией, французские манжеты (оборачиваются вокруг запястья в два слоя) и пуговицы из перламутра — узнать рубашку бренда под одноименным пиджаком вовсе не сложно.

Stenströms [ Швеция ]
История шведской компании началась с того, что предприимчивый портной Аугуст Стенстрём открыл в портовом Хельсингборге лавку, где продавал галантерею и рубашки собственного производства. Это произошло в 1883-м, однако официальным годом рождения бренда принято считать 1899-й.

Стенстрём не справлялся с обилием заказов и пошел на рискованный шаг — за год до наступления ХХ века открыл текстильную фабрику. Прошло еще 12 лет, и основанное
им производство стало крупнейшим в Скандинавии. Мастера бренда путешествовали по всему миру в поисках лучших материалов, перенимая прогрессивные портновские техники, чтобы затем применить их на родине.

В 1962 году Stenströms получил ордер поставщика королевского двора Швеции, а в 2024-м отпраздновал свое 125-летие. И до сих пор хранит верность традициям: каждая модель состоит из 23 деталей, проходит через 60 технологических операций и пять проверок качества.

Примечательно, что преемственность и устойчивое производство стали прологом к инклюзивности: классические модели рубашек шведского бренда представлены в широчайшей размерной линейке и могут быть адаптированы под конкретный запрос. Stenströms любят и за мягкие воротники, в которых можно дышать, оставаясь застегнутым на все пуговицы. Еще один объект внимания — сами пуговицы: отверстия в перламутровой пластине делают вручную, затем пуговицу полируют, покрывают защитным составом и фиксируют на рубашке специальной машинкой, которая плавит эластичную нить у основания. Застегнуть легко, оторвать невозможно.

Brooks Brothers [ США ]
Триумф рубашки с двумя пуговицами на уголках воротника, который французы до сих пор называют американским, — заслуга старейшего в США бренда одежды (основан в 1818 году) и очередное доказательство, что подлинным двигателем моды является практичность и комфорт. В викторианской Англии игроки в поло возлагали вину за поражение своей команды на хлопающие на ветру и перекрывающие обзор воротнички форменных рубашек. Они первыми догадались закрепить «уши» пуговицами, однако в узнаваемую деталь мужского образа эту маленькую спортивную хитрость превратил Джон Брукс, внук основателя Brooks Brothers.

Во время деловой поездки в Англию он был приглашен на поломатч, где отметил необычное модное ноу-хау игроков. Вернувшись домой, Джон запустил линию рубашек. Дело было в 1896-м, и с тех пор два крылышка с пуговицами породили собственный
стиль — эстетику Лиги плюща (Ivy League look). В 1920-х годах студенты элитного Принстона оценили практичность и элегантность пуговичного воротника, и рубашки button-down стали признаком принадлежности к высшей касте.

В послевоенной Америке Brooks Brothers начали носить и женщины: надевая мужскую сорочку, они отстаивали равные права и заявляли о желании быть воспринятыми всерьез — в офисе, в обществе, в семье. Особенной такую рубашку делает «ролл» — линия застегнутого воротника. Мало кто из производителей добивается правильных пропорций — эталоном остается «мягкий ролл» Brooks Brothers. А расстегнутый воротник сохраняет красивый изгиб, придавая вид рубахи-парня даже обладателю офисного костюма.

Tori Richard [ США ]
У этого бренда гавайские корни: в 1956 году в Гонолулу были сделаны первые выкройки и наметаны первые швы. Компанию основал чикагский производитель одежды Морт Фельдман (бизнесмен решил было отойти от дел на райском острове, но пенсия не пришлась ему по душе), соучредителями стали Дженис Муди (будущая миссис Фельдман) и закройщица Мицуэ Акa.

В названии объединили имя сына Морта, Ричарда, и дочери Дженис — Виктории (Тори). Вначале бренд специализировался на женских курортных нарядах, мужские рубашки диковинных расцветок появились только в 1970-х — партнеры из ретейла умоляли Tori Richard расширить ассортимент. Так мир узнал о «гавайках», а с ними и об уникальной японской технике окрашивания тканей тэгаки — в Осаке бригады художников вручную расписывали 10-метровые отрезы, превращая каждую будущую рубашку в произведение искусства.